Фред Саберхаген
Металлический убийца

Берсеркер – 10

Фред Саберхаген
Металлический убийца

Он имел форму человека и мозг электронного дьявола.
Он и такие же роботы, как он, были лучшими копиями мужчин, которых берсеркеры, сами смертоносные машины, могли только сотворить. И все же, если внимательно к ним приглядеться, можно сразу обнаружить подделку.
— Насчитываете только двадцать девять? — резко спросил начальник Обороны.
Пристегнутый ремнем безопасности к своему рабочему креслу, он напряженно вглядывался в космическое пространство через полупрозрачный информационный экран. Поверхность находившейся рядом Земли была одета в серовато‑коричневую броню защитных силовых полей, из‑за чего не были видны обычные цвета ее воды, суши и воздуха.
— Только двадцать девять.
Ответ, донесшийся на капитанский мостик флагманского корабля, сопровождался треском электрошумов. Подвергавшийся их пытке голос продолжал:
— Но это точно, что вначале их было тридцать.
— Тогда где же еще один?
Ответа не последовало.
Силы обороны Земли все еще находились в полной боевой готовности, несмотря на то, что атака врага была непродолжительной — не более, чем попытка проникновения в их тыл. И несмотря на то, что она казалась полностью отбитой.
Над серовато‑коричневой Землей скакало маленькое расплывчатое пятно. По своей запрограммированной траектории оно со свистом проносилось всего в нескольких сотнях километров от корабля начальника Обороны. Это была Энергетическая Станция Один, «прирученная» черная дыра. В мирное время она давала планете половину требовавшейся ей энергии. Невооруженным глазом Станция Один была видна только как легкая прозрачная волна, наплывавшая за звезды и искривлявшая их свет. Пришло сообщение: «Мы ищем, куда пропал человекообразный робот берсеркеров, командир».
— Проклятье, как вы пропустили его!
— На борту проникшего к нам в тыл вражеского корабля было тридцать специально оборудованных роботов как показывает компьютерный анализ их обломков. Приходится сделать вывод, что все футляры были заполнены.
Начальником овладела ярость.
— Существует ли вероятность, что недостающий робот пролетел мимо вас на Землю?
— Никак нет, командир, — последовала короткая пауза. — Во всяком случае, нам известно, что он не приземлялся за время нашего дежурства.
— Нашего дежурства? Что ты несешь, болван! Как ты можешь…
Мимо пронеслась черная дыра. Нельзя сказать, что она действительно была «приручена», хотя люди часто самоуверенно говорили о ней так. Ее просто более или менее научились использовать. Можно было предположить, что по какой‑то случайности андроид берсеркера номер тридцать был втянут в черную дыру. Судя по месту, в котором происходила схватка, такое предположение казалось вполне правдоподобным. В соответствии с последними теориями, робот мог остаться невредимым и вскоре вновь очутиться во вселенной, вытолкнутый из дыры взрывом радиоактивных частиц.

Командир жестко отдавал приказания. Неожиданно система его компьютеров — Конгломерат Обороны Земли — вышла из строя, давая врагу значительное преимущество. Что мог сделать Земле один берсеркер‑андроид? Наверное, немного. Но для начальника Обороны и его подчиненных обязанности были святыми. А сегодня храм безопасности Земли был позорно осквернен.
Связь наладилась только через одиннадцать минут.
— Номер тридцать попал в черную дыру, сэр. Ни мы, ни враг не могли предвидеть этого, но…
— Какова степень вероятности, что андроид останется цел?
— Так как он вошел туда под несвойственным для обычных случаев углом, вероятность — приблизительно шестьдесят девять процентов.
— Так много!
— Существует и такая возможность: он упадет на поверхность Земли в рабочем состоянии, попав при этом куда‑то в прошлое. По данным компьютеров это вероятно на сорок девять процентов. Поскольку он запрограммирован для ведения сложной и хитроумной борьбы в современном мире, можно быть уверенными в том, что он не сможет принести большого вреда людям в том времени, куда он…
— В вашей голове гуляет ветер. Вы ничего не знаете об устройстве Вселенной. И когда можно будет почувствовать себя хоть в малейшей степени уверенными, то об этом вы и компьютеры узнаете от меня. А пока дайтека мне еще цифры.
Следующий ответ он получил только через двадцать минут.
— Существует вероятность на девяносто два процента, что андроид приземлился, если такое случилось, в месте, координаты которого: пятьдесят один градус одиннадцать минут северной широты, ноль градусов семь минут западной долготы, в пределах ста километров.
— А время?
— На девяносто восемь процентов 1 января 1880 года Христианской эры, плюс‑минус десять календарных лет.
На экране командира появились очертания большого острова, небо над которым было затянуто тучами.
— Какие меры рекомендуются?
Конгломерату Обороны Земли потребовалось полтора часа, чтобы дать ответ.
Первые два добровольца погибли, пытаясь пролететь через черную дыру, прежде, чем был разработан довольно надежный план, позволявший посланнику уцелеть. Подготовили третьего человека. Перед тем, как отправить его на задание, командир вызвал его для личной беседы.
Командир с ног до головы осмотрел его, отметив необычную одежду и странную прическу. Он не спросил, был ли готов доброволец к выполнению задания, он начал прямо:
— Вам должно быть известно, что в любом случае, выиграете вы или проиграете свою битву — вам никогда не вернуться в наше время.
— Да, сэр. Я вполне осознаю это.
— Прекрасно, — начальник Обороны указал на лежащую перед ним распечатку данных. — Мы до сих пор не имеем полного представления, как вооружен враг. Несомненно, он подготовлен как диверсант, которого собирались забросить на Землю в наше время. Вдобавок ко всему он обладает недюжинной силой и сверхскоростью, о которых вы не должны забывать. Он способен также вывести наши компьютеры оборонительной сети из строя, заразив их вирусом. Есть вероятность, что он начнет биологическую войну. Вам выдали аптечку медпомощи? Да, вижу. И, конечно, не исключено, что у него на вооружении есть и иные способы борьбы.
— Да, сэр.
Доброволец выглядел готовым на все. Командир подошел к нему, чтобы по обычаю обнять его на прощание.

В Лондоне моросил дождь. Он стоял на тротуаре возле театра и, как будто поджидая друга, смотрел на свои тяжелые тикающие часы, которые держал в руке. Этот похожий на часы прибор вдруг беззвучно завибрировал в его ладони, и этот специальный сигнал означал, что робот находился где‑то совсем рядом с ним. Приблизительно в радиусе пятидесяти метров.
Афиша на театральной доске гласила:

УСОВЕРШЕНСТВОВАННЫЙ АВТОМАТИЧЕСКИЙ ШАХМАТИСТ ЧУДО ВЕКА НОВЫЙ АТТРАКЦИОН
— Но в действительности все дело в том, сэр, — провозглашал стоявший рядом мужчина в котелке, обращаясь к другому, — что машину научили играть в шахматы, и неважно, победит она или проиграет.
«Нет, дело абсолютно не в этом, сэр, — подумал агент из будущего. — Но можешь считать себя счастливчиком, если пока еще уверен в том, что говоришь».
Он купил билет, вошел и занял место. Когда собралось достаточно публики, началась короткая лекция, которую читал маленький человечек во фраке, в чьем облике было что‑то хищное, но в то же время он выглядел как‑то испуганно, несмотря на отрепетированный юмор и бойкость речи.
Наконец, появился сам шахматист. Он представлял собой похожий на стол ящик, за которым сидела фигура мужчины‑гиганта. Всю эту конструкцию на сцену выкатили ассистенты. Фигура была одета в турецком стиле. Не вызывало сомнений, что это был манекен или что‑то вроде куклы, потому что тело этого «человека» подскакивало на стуле, прикрепленном к ящику‑столу, когда его везли по сцене. Теперь агент мог чувствовать пульсацию своих часов, даже не опуская руку в карман, где они лежали.
Хищный лектор выдал очередную шутку, сопроводив ее омерзительной улыбкой. Затем он выбрал среди нескольких зрителей (агент не был в их числе) одного игрока, ^который хотел сразиться с автоматом. Претендент на победу взобрался на сцену. Шахматные фигуры были уже расставлены. Переднюю панель ящика специально открыли, и зрители могли видеть, что внутри находился только механизм.
Агент заметил, что на этом столе не было свеч, как несколько лет назад на представлении робота‑шахматиста, изобретенного Маэльзелем. Конечно, аппарат Маэльзеля был обычным надувательством. Свечи тогда были поставлены на шахматный столик, чтобы не чувствовался запах той свечи, которой пользовался искусно спрятанный среди механизмов человек.
Агент знал, что он прибыл в то время, когда еще не было электрических ламп, по крайней мере, таких маленьких, какую мог бы использовать спрятанный в ящике человек. Тот факт, что противнику робота в сегодняшнем матче позволили сесть гораздо ближе к автоматическому шахматисту, чем во время маэльзелевской встречи, говорил о том, что сегодня не было никакого замаскированного человека.
Следовательно…
Агенту стоило только встать, и он мог сделать точный выстрел прямо сейчас. Но куда целиться — в фигуру или в ящик? К тому же он не знал, как аппарат был вооружен. И кто остановит робота, если он выстрелит не в ту его часть?
Он уже довольно хорошо знал Лондон девятнадцатого века. Может быть, робот уже совершал убийства для поддержания своей «формы», а теперь устраивает новый «аттракцион»?
Нет, теперь, когда враг был обнаружен, нужно все тщательно обдумать и действовать осторожно. Погруженный в свои мысли, он в конце представления вышел из театра и отправился домой — в квартиру, которую он совсем недавно снимал вместе с еще одним постояльцем на Бейкер‑стрит.
Пролететь через черную дыру стоило ему потери некоторой части его снаряжения, включая почти все его фальшивые деньги. Его новоприобретенная профессия еще не приносила ему каких‑либо существенных доходов, поэтому он находился в стесненном материальном положении.
Он должен был разработать план. Предположим, он сумеет найти подход к маленькому испуганному человечку во фраке. Тот уже, должно быть, начинал понимать, какого тигра держит на поводке. Можно найти к нему подход под видом…
Неожиданно часы в кармане агента стали тихонько постукивать. Это был совершенно особый сигнал, отличавшийся от всех остальных, которые прибор подавал до сих пор. Он обозначал, что врагу удалось засечь его, что он уже взял след.
Агент бросился бежать, пот на его лице смешивался с моросившим дождем. Должно быть, робот обнаружил его присутствие в театре, но, вероятно, не смог найти его в толпе. Уклоняясь от кебов, карет и омнибусов, он свернул с Оксфорд‑стрит на Бейкер‑стрит и, слегка замедлив шаг, прошел короткий остаток пути. Он не мог выбросить сигнальное устройство, потому что без него потерял бы след врага. Но он также боялся теперь носить часы с собой.
Когда агент ворвался в гостиную, его сосед поднял на него глаза. На его лице была, как всегда, ничего не выражавшая улыбка. Он неторопливо вытаскивал книги из коробок и расставлял их на полках.
— Понимаете, — начал агент торопливо, — появились очень важные дела, и мне необходимо немедленно выполнить два задания. Могу ли я поручить вам одно из них?
Неотложное задание, которое выполнял сам агент, заставило его отправиться не дальше, чем на противоположную сторону улицы. Там он прислонился к двери подъезда Камден Хаус, пытаясь неслышно дышать. Он не шелохнулся, когда спустя три минуты со стороны Оксфорд‑стрит показалась высокая фигура, в которой агент сразу заподозрил что‑то нечеловеческое. Шляпа была надвинута на глаза, а нижняя часть лица забинтована. Фигура остановилась на противоположной стороне улицы, сверилась со своими карманными часами, а затем, повернувшись к двери, позвонила в колокольчик. Будь агент абсолютно уверен, что это была цель, он бы выстрелил ей в спину. Но без своего прибора он не мог рисковать.
После пары вопросов, заданных незнакомцу владелицей дома, он был впущен. Агент подождал две минуты. Затем, собрав все свое мужество, вошел в ту же дверь.
Фигура одиноко стояла у окна гостиной. Она обернулась на звук его шагов, и теперь у него не было сомнений. Глаза над бинтами вовсе не были глазами турка, это были вообще нечеловеческие глаза.
Белая повязка приглушала грубый резкий голос этого существа.
— Вы доктор?
— А, вам нужен мой сосед, — агент бросил небрежный взгляд на письменный стол, в котором был заперт его прибор, а сверху в беспорядке лежали бумаги его соседа. — Он вышел ненадолго, но вы можете его подождать. Я вижу, вы пациент.
— Меня направили к нему, — сказало существо своим неестественным голосом. — Кажется, у нас с доктором определенно есть что‑то общее. Ну, а милая хозяйка дома позволила мне войти и подождать его здесь. Надеюсь, я не причиню вам неудобства своим присутствием.
— Нисколько. Прошу, садитесь, мистер…?
Агенту не пришлось узнать, каким именем мог назваться берсеркер. Прозвучавший внизу звонок прервал беседу. Было слышно, как служанка открыла дверь, и через пару секунд по лестнице застучали торопливые шаги его соседа. Машина смерти вытащила из своего кармана какой‑то маленький предмет и сделала шаг в сторону, чтобы агент не загораживал ей дверь. Повернувшись спиной к врагу, как будто для того, чтобы поприветствовать входившего человека, агент непринужденно достал из своего кармана обыкновенную курительную трубку, которая имела еще и другое назначение. Затем он повернул голову и выстрелил в берсеркера из‑под своей левой под мышки.
Для человека он действовал сверхъестественно быстро. Андроид же, предназначенный прежде всего для подражания человеку, а не для сражений, был, по мнению его создателей, неуклюж и неповоротлив. Их оружие выстрелило одновременно.
Враг был разнесен на куски мощным, но беззвучным взрывом.
Робот тоже попал в цель. Агент зашатался, и последней ясной мыслью, пришедшей в его голову, было то, что он, наконец, понял, каким оружием обладал враг — переключением разума человека. Больше он уже не мог ни о чем думать. Через какую‑то подернутую рябью пелену он осознал, что опускается на колено. Потом он увидел, что только секунду назад вошедший сосед так и замер в дверях, ошеломленный.
Наконец, агент снова смог двигаться. Первым делом он спрятал нетвердой, трясущейся рукой свою трубку в карман. Разбитое тело врага уже почти испарилось. Должно быть, он был сконструирован так, что при сильном повреждении начиналось его самоуничтожение во избежание раскрытия людьми секретов его устройства. Теперь это было всего лишь облачко тяжелого дыма, струйкой вытекающее через окно.
Человеку, все еще стоящему в дверях, пришлось опереться рукой о стену, чтобы не упасть.
— У ювелира… не было ваших часов, — изумленно пробормотал он.
«Я победил», — вяло подумал агент.
Это была безрадостная мысль, потому что он медленно начинал понимать, какова была цена этой победы. Он лишился по меньшей мере трех четвертей своего интеллекта. Высшая структура соединений его мозговых клеток была разрушена. Когда‑нибудь там, на дороге в будущее структура эта будет восстановлена тем же самым переключением разума, скрывавшегося за серыми глазами с их по‑новому проницательным взглядом.
— Ясно, что ваше задание пойти за часами было просто уловкой.
Голос его соседа стал неожиданно более твердым, более уверенным, чем до этого.
— Понятно также, что ваш стол взломал кто‑то, кто думал, что он мой, — тон его немного смягчился. — Эй, парень, я не желаю тебе зла. Твой секрет я сохраню. Но совершенно точно, что ты не тот, за кого себя выдаешь.
Агент поднялся на ноги и, держась за голову, рассеянно пытался все осмыслить.
Ужас охватывал всю Галактику при одном слове «берсеркер». Даже в тех мирах, которых не коснулось пламя войны с ними, были люди, ощущавшие внутренний болезненный страх перед врагом. И только несколько человек выбрали для себя долгий путь в ночное небо. Некоторыми людьми овладели мучительные тени смерти.
Я коснулся разума того человека, чья душа была мертва.